ГЧП. Код новой экономической формации

Опубликовано: 20.04.2016 Теги: ГЧП, дорожное хозяйство

«Через двадцать лет вы будете более сожалеть о том, чего не сделали, чем о том, что вы сделали.
Поэтому отбросьте сомнения. Уплывайте прочь от безопасной гавани»
Марк Твен

Когда говорят о государственном частном партнерстве, обычно имеют в виду дорожное хозяйство. И общественная дискуссия ведется в основном в координатах «лучше ездить быстро или дешево». А также о том, кому какой подряд достался и почему. На самом же деле потенциал механизма, скрывающегося за аббревиатурой ГЧП, – совершенно других масштабов. Это не дорога в Одинцово или Шереметьево. Это путь, по которому вся экономика может выйти на новый уровень эффективности в большинстве базовых отраслей. Это путь к новой экономической формации. Это путь к новому качеству инфраструктуры.

Начавшись с дорожного строительства – с таких проектов, как Западный скоростной диаметр в Санкт-Петербурге (ЗСД), Центральная кольцевая автодорога в Московской области (ЦКАД), механизм ГЧП сейчас выходит на новые рубежи и начинает применяться в совершенно других отраслях. При строительстве медицинских учреждений, развитии системы ЖКХ, создании детских садов и школ. Конечно, коммерческо-финансовые модели клиники и платной дороги сильно отличаются друг от друга, и на старте наших медицинских проектов приходилось долго убеждать скептиков в том, что ГЧП может работать в социальной инфраструктуре. Но мы доказали жизнеспособность такого партнерства в различных сферах и, например, в Томской области, Санкт-Петербурге и ЯНАО уже возведены детские сады, а на очереди – еще целый ряд аналогичных начинаний в высокой степени проработки.

Возникает вопрос: а где предел для ГЧП, если можно строить школы и клиники? Что нельзя или неэффективно реализовывать с помощью этого механизма? Для ответа на эти вопросы нужно определиться с тем, что ГЧП дает, в чем его преимущество. И конечно, ключевые детали механизма крутятся вокруг буквы «Ч».

В поверхностном понимании ГЧП буква «Ч» дает деньги, недостающие в данный момент в данной статье государственного бюджета. И на этих подходах критики ГЧП с упоением начинают высчитывать стоимость этих денег, триумфально приходя к выводу о том, что в ряде случаев удорожание проектов с учетом стоимости денег могло бы быть ниже при прямой госзакупке. На доли процентов. Замечательно. А если посчитать эффективность? Эффективность расходов при реализации любого проекта от имени ведомственного заказчика сравнить с эффективностью расходов, когда в партнерстве выступает экономически мотивированный инвестор?

Еще одним уровнем линии обороны скептиков является то, что, как правило, в качестве частного партнера в российском ГЧП выступают крупнейшие госбанки. «Какой частный партнер из госбанка?», – спрашивают они. И даже в специальный федеральный закон вписан пункт, практически препятствующий участию в ГЧП корпораций, контролируемых государством.

Депутатов понять можно – они следят за терминологической чистотой законов. И в буквальном смысле получается странно: должно быть партнерство между государством и частным инвестором, а получается между государством и государством. Как бы непорядок и бессмыслица.

Однако более глубокий взгляд приводит нас к убеждению, что основная ценность буквы «Ч» не в деньгах и их стоимости. Главная ценность – в экспертизе и способности эффективно контролировать процесс создания хозяйственного объекта и его последующей эксплуатации. В экономической мотивации инвестора. И внутренних регламентах и процедурах, не позволяющих выйти за рамки экономической эффективности.

В данном контексте не важно, сколько процентов акций в капитале банка контролируется государством. Большой коммерческий банк – это такие процедуры оценки рисков и принятия решений, при которых нежизнеспособная финансовая модель не имеет шансов быть согласованной. Кто проходил путь подачи и согласования заявки на проектное финансирование в крупном банке, тот подтвердит. И по факту получается, что экспертиза, процедура и кадры для таких масштабных и долгосрочных проектов, как транспортная и социальная инфраструктура, в России наработаны только в крупнейших банках, структура акционерного капитала которых известна. Если кто-то ради терминологической чистоты предлагает отстранить единственных на данный момент компетентных инвесторов от участия в ГЧП, он имеет право отстаивать свою точку зрения.

Мне представляется, что гораздо интереснее обсуждать, в каких именно областях можно еще достичь эффективности в рамках ГЧП. И мое мнение – что в большинстве областей экономики, обеспечивающие базовые потребности человека.

Вернемся к деньгам. Деньги, как известно, являются основным «средством», через которое осуществляется товарный обмен. Как только денег становится больше при неизменном уровне товарооборота, мы сталкиваемся с инфляцией.

Критики часто говорят об этом, предполагая, что значительные инвестиции в инфраструктуру также вызывают инфляцию. Многие либеральные экономисты также приводят в пример то, что при существующих процентных ставках экономика ГЧП-проектов оказывается за гранью здравого смысла.

Так ли это и стоит ли ждать снижения ключевой ставки ЦБ РФ для того, чтобы «пропитать» банковскую систему дешевыми деньгами?

Думаю, что нет. Действия регулятора – это то, что никаким образом не зависит от нас. А от нас зависит масштабная инфраструктурные инициативы во всех регионах страны, которые позволят в итоге каждому человеку выбирать – в какой садик привести своего ребенка, по какой дороге приехать в райцентр, в какую поликлинику записать на прием родителей и т.д.

Это и называется инфраструктурной доступностью. Главное, чтобы деньги как «средство» товарного обмена превращались в «средство» обмена инфраструктурного.

Нужно понимать, что заявки на финансирование в банки по инфраструктурным проектам «с рынка» – если уж не являются небывалым случаем, то уж точно большая редкость. Не говоря об их качестве и полноте.

Банки, инициируя и финансируя масштабные инфраструктурные программы, невольно увеличивают денежную массу, способствуя тем самым обеспеченному предложению денег во всей банковской системе.

Процентные ставки? Что-то мне подсказывает, что экономика всегда найдет свое равновесие при любом уровне стоимости денег. Главное, чтобы эта стоимость резко не изменялась в течение короткого промежутка времени. Именно в долгосрочных инфраструктурных проектов стоимость финансирования определяется «на берегу» и является зачастую неизменной.

А для конечного пользователя инфраструктуры, «ребенка с того двора и его родителей» совершенно неважно, какая средневзвешенная стоимость финансирования строительства детского садика, в который пошел малыш, была принята за основу в кредитном соглашении.

Газпромбанк вслед за проектами по созданию детских садов, школ и клиник уже начал рассматривать возможности организации по модели ГЧП молочного производства в одном из «молокодефицитных» регионов. В портфеле проектного финансирования Газпромбанка уже есть целый ряд успешных аграрных кейсов. Почему не сделать новые на основе ГЧП? Там, где есть понятная потребность общества в обеспечении базовых человеческих потребностей, там, где нет рисков, связанных с прогнозами относительно будущего спроса (если часть таких рисков «покрывает» регион), там, где речь идет о продукции, спрос на которую неэластичен по своей природе, и там, где этот спрос явно превышает имеющееся предложение (что, кстати говоря, и вызывает зачастую безудержный рост цен), – именно там есть общие объективные интересы у государства и инвесторов, обозначенных в нашем коде буквой «Ч».

В большинстве рыночных стартапов для успеха требуется предпринимательское чутье, гениальное предвидение будущего развития рынка и смелая бизнес-идея в увязке с готовностью рисковать ради доли на рынке или высокого уровня прибыли. А для удовлетворения многих базовых потребностей человека – потребности к передвижению, потребности в медицинском обеспечении, в организации начального обучения детей и т.п., – нужны длинные деньги и компетентный ответственный подход к их инвестированию. Там нужно ГЧП. ГЧП, которое не ждет снижения ключевой ставки, а которое создает инфраструктуру, и за счет масштабов ее создания, двигает цену денег вниз. Само. Изнутри системы.

Почему так происходит? Потому что именно такие инвестиции не вызывают дополнительных инфляционных шоков, так как они опережают их, создавая инфраструктурное предложение сначала, а уже потом – денежную массу. Именно эти инвестиции натуральным образом синхронизируются с предложением ресурсной базы, обеспечивая ключевые инфраструктурные потребности человека.

Именно такой подход является приоритетным в условиях кризисных явлений. Именно он направлен на развитие несырьевых отраслей экономики, где формирующееся инфраструктурное предложение будет порождать внутренний спрос.

Пришло время изменить существующие стандарты работы, поменять стереотипы и научиться работать по-новому, руководствуясь принципом «изнутри-наружу», за счет внутренних инициатив. Только тогда правильно заработает код новой экономической формации – ГЧП.

Коммерсант



comments powered by HyperComments